Войти Регистрация

Вход на сайт

Логин *
Пароль *
Запомнить меня

Регистрация

Поля со звёздочкой (*) обязательно должны быть заполнены.
Имя *
Логин *
Пароль *
Подтверждение пароля *
Email *
Подтверждение email *
Защита от ботов *
Reload Captcha
Focus cover 3

Информационно-аналитический и общественно-политический журнал

Focus

№3 | август 2017


pdf-версия журнала скачать

Войти | Зарегистрироваться

Вступительное слово главного редактора
Мировоззрение как влиятельный фантом arrow white

Журнал Focus №3 | август 2017 года

Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Урбанистические натюрморты Аристарха Лентулова

Lent 1Нижний Новгород. 1915 год

В главном здании Театрального музея имени А.А. Бахрушина до конца сентября будет проходить выставка «Мистерия-буфф Аристарха Лентулова», приуроченная к 135-летию со дня рождения мастера русского авангарда

На выставке собраны самые разные работы художника: портреты, эскизы театральных декораций, лубочные рисунки, натюрморты и, конечно, городские пейзажи – такое впечатление, что их в экспозиции больше всего. Во всяком случае, именно эволюция портрета города – с начала XX столетия и до кануна Великой Отечественной войны – просматривается на выставке наиболее репрезентативно и цельно.

Lent 2Новый Иерусалим. 1917 годАрхитектура, город, городское пространство для Лентулова – это музыка форм, музыка, ставшая материей. Той страстностью и той натуралистичностью, какие иные художники вкладывают в портреты или картины природы, Лентулов насыщает свои городские пейзажи. Город – как глина, в нем отпечатываются судьбы и личности всех, кто в нем живет. Поэтому, когда Лентулов пишет город, он создает своего рода коллективный портрет его жителей. Город – это пространство, полностью построенное человеком, но с каждым поколением он приобретает всё большую независимость от людей, власть над ними, он сам начинает конституировать обитающего в нем человека. Город превращается в мегаполис, то есть, утрачивая свою личность, приобретает определенный метафизический смысл, который справедливо назвать урбанистическим тоталитаризмом.

Это превращение как раз и показывает Лентулов. Отсюда и нарастающая тревожность в его городской тематике. На полотне 1911 года «Париж» показана как бы изнанка этой блистательной европейской столицы – пустынная, мрачная, безлюдная. Вообще частое отсутствие обитателей на городских или архитектурных пейзажах – характерная особенность творческого почерка Лентулова. Он создает как бы натюрморты. Название этого жанра изобразительного искусства в переводе с французского звучит как «мертвая природа», так как на таких картинах изображаются лишь неодушевленные предметы. В этом смысле городские полотна Лентулова можно охарактеризовать как урбанистические натюрморты.

Lent 4Деревянная церковь. 1918 годНижний Новгород на полотне 1915 года в отличие от депрессивного Парижа смотрится радостным сказочным градом. Однако такое впечатление возникает скорее не из-за композиции, а благодаря палитре. Но во всём остальном Лентулов верен себе: его Нижний – это город, где заметны следы людей, но не город, оставляющий следы на людях, живущих в нем. Колорит картины спокойный и даже годе-то былинный, хотя небо наливается нездоровым оттенком и река кажется кровавой. Покой безлюдного города как бы охраняет башня на первом плане и собор вдалеке. Картина написана в годы Первой мировой войны и в предчувствии надвигавшейся революционной смуты – но со старой башни Нижегородского кремля эта угроза еще не видна.

Удивительно, но даже в роковом 1917 году на картинах Лентулова всё остается как будто по-старому. Вместе с тем художник четко понимал, что старая Русь безвозвратно уходит в прошлое. На картинах 1917 года «Новый Иерусалим» и «Вид Нового Иерусалима» автор буквально уходит из действительности в придуманную им сказку. Первое полотно проникнуто рериховскими мотивами: треугольные облака кажутся вершинами гор, колокольня слишком похожа на буддийскую ступу, даже купола блестят как-то по-тибетски. На второй картине, напоминающей театральную декорацию, Новый Иерусалим представляется совершенно другим – белокаменным и окруженным яркой зеленью. Но и это – безлюдные архитектурные натюрморты…

Lent 6Кремль. 1919-1920 годыА вот загадочная «Деревянная церковь» 1918 года. Это настоящий пир красок, от всего веет новизной и свежестью, красный дом как будто только что покрашен, церковь в углу отливает фиолетовыми тенями, а в центре – странная конструкция, представляющаяся радужными разводами в ослепленных ярчайшими цветами глазах. Написанный же годом позже «Город» является полным антиподом этой «Деревянной церкви» – мрачный, грязного коричневого цвета, зияющий пустыми глазницами окон какого-то бывшего доходного дома, точно вымерший, кругом ржавчина, островок зелени кажется совершенно неуместны, дома вдалеке и вовсе как будто качаются на волнах – всё зыбко, город как таковой умер. Пожалуй, трудно более точно изобразить разруху гражданской войны, особенно остро чувствовавшуюся именно в городах.

Лентулов играет в ассоциации, наделяя одно и то же место принципиально различными смыслами. Но невозможно спрятаться от жизни с ее событиями в воздушном замке. И в 1920 году художник пишет «Московский Кремль». Угловатые красные башни с крышами, похожими на буденовки, сжимают в кольце, атакуют и сметают жмущиеся от них в стороны, перекошенные белые кремлевские соборы. Как написал поэт Арсений Несмелов: «Былая жизнь, увы, осуждена в осколках быта, потерявших имя». В те же годы из-под кисти Лентулова выходит другой «Кремль» – там старое и новое переплета­лись настолько тесно, что красная башня на картине побелела, здания толкаются, борются за право быть, и эта растерянная белая башня здесь – апофеоз хаоса.

Lent 7Троице-Сергиева лавра. 1921 годТроице-Сергиева лавра в интерпретации Лентулова от 1921 года совершенно неузнаваема. Неузнаваема чисто внешне, но если вглядеться внимательно, откроется суть аллегории: перед нами не что иное, как Иерусалимский храм, бывший на протяжении ветхозаветной истории сердцем библейского иудаизма. Те же балюстрады и арки, те же стены, те же явно ближневосточные крыши и башенки – Храм Соломона. На примере этой картины лучше всего прочитывается творческое кредо Лентулова: увидеть объект, понять и прочувствовать его смысл, запечатлеть именно этот смысл – а не сам предмет – на холсте. Лавра – новый Храм, сердце русского народа, его маяк, ориентир, который противостоит всем бурям времени: внизу картины – неспокойные, темные, бунтующие, но вместе с тем исстрадавшиеся дома, вверху – тревожное небо, где солнце со всех сторон сдавливают кровавые и черные облака. Но от лавры льется спокойный горний свет. Лентулов как-то сказал о портретном жанре: «Я считаю портрет произведением искусства только в том случае, если художник передал свое переживание от данного объекта, свое впечатление, если хотите, даже свое настроение». Эта его фраза вполне приложила и к написанной Лентуловым лавре, ведь для него портрет как жанр – многоплановый, он – портретист в том числе и города.

Lent 5Город. 1919 годЗдесь, наверное, имеет смысл всё же отвлечься от живописной лентуловской урбанистики и сказать несколько слов о представленных на выставке портретах. Портреты Лентулова – это мозаики цвета, света и смысла, но никогда не фотографии и не абстракции. Автопортрет 1915 года – судя по всему, насмешка над декадансом, который слишком серьезно к себе относится, да и над самим собой. На другом автопортрете Лентулов – усатый скрипач в папахе. Тоже, кажется, насмешка, подтрунивание над самим собой. Но всюду в выражениях лиц чувствуется какая-то печать придавленности – их выражения уставшие, преобладают темные тона. На картине 1927 года «Московские художники» и вовсе сквозит разочарование: сам Лентулов понуро сидит, отвернувшись от сборища неприятных личин – почти что булгаковского МАССОЛИТа. Аналогичное впечатление производит и его с первого взгляда официозная и восхваляющая советский строй картина «Деятели культуры за Октябрьское десятилетие». И на ней не лица – а личины, инфернальность которых, видимо, не вызвала к себе вопросов и была прочитана современниками как результат особого художественного почерка автора.

Lent 12+Ночь на Бронной. 1928 годСоздается ощущение, что на героев лентуловских портретов легла тень лентуловских же зданий, города, который у него выглядит всё более мрачным и тревожным. Так, на полотне «Солнце над крышами. Закат солнца на Патриарших прудах» 1928 года солнце уходит само в себя, утаскивая, как в воронку, весь свет, всю жизнь из домов. Горят всего пять окон, всё остальное погружается во тьму. Похоже, к этому времени Лентулов уже понимает, что эпоха русского авангарда закончилась, что скоро искусство в СССР будет представлено часовыми соцреализма – теми самыми «московскими художниками». В написанной тогда же «Ночи на Бронной» Москва наоборот искрит огнями, но этот свет в окнах смотрится еще более безысходным, даже каким-то зловещим на фоне московской ночи: буря раскачивает деревья, приближается или уже идет дождь, и ровные ряды светящихся окон скорее отпугивают, чем притягивают. На полотне 1940 года «Москва с Воробьевых гор» перед нами уже совсем другой Лентулов: унылый монотонный пейзаж, уходящий за горизонт, и что самое главное – полное отсутствие цвета и света. Яркие, парадоксальные сюжеты картин, где каждое здание, каждый дом имели свой характер, остались в прошлом. Теперь с тусклого неба на обесчеловеченный город льется серенький свет. Личность города исчезла, стерлась. А ведь Лентулов – художник взрыва, чутко откликающийся на любой новый сигнал истории, но совершенно не приспособленный к равномерному горению.

Lent 13+Солнце и рак. 1915 годА вот натюрморты настоящие на фоне натюрмортов урбанистических выглядят как средоточие праздничного настроения, яркости и буйства красок. Может быть, они мыслились художником как творческая лаборатория, в которой в малых формах рассчитывались формулы и формы, по которым будут создаваться портреты городов. «Самовар» Лентулова – настоящий Галикарнасский мавзолей в миниатюре, между пирожными и фруктами, кажется, пролегают проспекты. Эта алхимия находит свою вершину в натюрморте 1915 года «Солнце и рак». Вокруг асимметричного рака и «неполного» солнца, между которыми идет борьба за пустой центр, несется целый хоровод – человеческие фигуры, символические цветы или звезды, архитектурные фантазии и цвета, разложенные по спектру. Можно сказать, что эта картина наиболее полно отражает суть художественного почерка Аристарха Лентулова – умение преподнести рукотворное пространство как идею, как послание, как знак.

Николай Андреев

Источник: dynamic-of-civilizations.ru

Поделиться:

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Focus cover 4

Содержание журнала Focus.doc №4:

КОЛОНКА ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

С.Н. Белкин
Революция 1917 года как цивилизационный выбор России


ИДЕОЛОГИЯ

В.Э. Багдасарян
Похороны социализма были преждевременными

Социалистический эксперимент в истории: теория и замысел

В.И. Немыченков
Культура и большие смыслы


ПОЛИТИКА

А.А. Нагорный
Треугольник Россия–США–Китай и индийский фактор


СМЫСЛОСТРОИТЕЛЬСТВО

М.П. Остроменский
Изгнание «духа горя»

В.С. Левицкий
Когда мы свободны, или Можно ли отличить культурную энтелехию от движения в «релятивистской струе»

Памяти Гейдара Джахидовича Джемаля
Из работ последних лет

С.Н. Белкин
Не уклони сердце мое


ЦИВИЛИЗАЦИОННАЯ ДИНАМИКА

Экспертная сессия клуба «Цивилизационная динамика» «Русский менеджмент»
18 октября 2017 года
С.Н. Белкин
В.Э. Багдасарян
Ю.М. Осипов
М.Л. Хазин
В.Е. Лепский


НОВОСТИ КУЛЬТУРЫ

Революция 1917 года глазами современников

 

Редколлегия:

Главный редактор:
Сергей Белкин
Первый заместитель главного редактора:
Дмитрий Андреев
Заместитель главного редактора:
Вадим Прозоров
Арт-директор:
Олег Фирсов
Ответственный секретарь:
Елена Колесникова

info@dynamic-of-civilizations.ru

Focus cover 3

Содержание журнала Focus №3:

КОЛОНКА ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

С.Н. Белкин
Мировоззрение как влиятельный фантом


ЭКОНОМИКА

М.Д. Абрамов, В.М. Симчера
О нерешаемых проблемах и резервах экономики России


ПОЛИТИКА

Александр Филиппов:
«Выборы – это как бы рождение новой власти, даже если персонально власть остается старой»

Д.А. Андреев
Респонсибилизация элиты


НОВОСТИ КУЛЬТУРЫ

Сотворитель сказочной Руси

Урбанистические натюрморты Аристарха Лентулова


ЦИВИЛИЗАЦИОННАЯ ДИНАМИКА

Дмитрий де Кошко:
«Мы живем в реалиях тотальной и непрекращающейся информационной войны атлантистов против России»

С.В. Лурье
Предстоит ли нам битва за ценности?

В.М. Немчинов
Коммуникация и информация – антропологическая диалектика начала XXI века


ПОЛИТИЧЕСКОЕ ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ

А. Бродский
Вторжение шахматной доски


НЕБОПОЛИТИКА

А.П. Девятов
Цивилизационная динамика с точки зрения небополитики

 

Редколлегия:

Главный редактор:
Сергей Белкин
Первый заместитель главного редактора:
Дмитрий Андреев
Заместитель главного редактора:
Вадим Прозоров
Арт-директор:
Олег Фирсов

info@dynamic-of-civilizations.ru

Focus cover 2

Содержание журнала Focus №2:

РЕДАКЦИОННАЯ КОЛОНКА

Д.А. Андреев
Цивилизационные пазлы


ПРО ДУШУ

В.Н. Кустов
Душа России на распутье
(Окончание)

С.Н. Белкин
Метаморфозы духа: Ошо и Ницше


ПРО ЕВРОПУ-АЗИЮ-РОССИЮ

В.В. Малявин
Вокруг Тайваньского пролива: цивилизационные разломы и сближения

Владимир Пирожков:
«Мы – совершенно особый континент между Европой и Азией, в том числе и в своей технокультуре»

Я.В. Симчера
О качестве роста населения России


ПРО ЭЛИТЫ

А.И. Неклесса
Будущее, которое мы выбираем: кризис перехода, новые элиты, восточноевропейская реконструкция

М.С. Михалёв
Бремя ответственности, или Попытка ресакрализации элит


ПРО ЦИВИЛИЗАЦИОННЫЕ ПУТЕШЕСТВИЯ

А.П. Люсый
Путешествие на носе из Петербурга в Вену
Опыты межцивилизационных диалогов сквозь призму городских текстов

С.Н. Белкин
Прага: цивилизационная procházka


ПРО ИСКУССТВО

В.А. Разумов
Изысканность в камне

А.А. Тлеуов
Моя консерватория

Новости культуры

 

Редколлегия:

Главный редактор:
Сергей Белкин
Первый заместитель главного редактора:
Дмитрий Андреев
Заместитель главного редактора:
Вадим Прозоров
Арт-директор:
Олег Фирсов

info@dynamic-of-civilizations.ru